Три года назад, 4 февраля, Юлия Тимошенко впервые взошла на премьерский престол: на волне Помаранчевой революции, смывшей «старую» власть и вознесшей «новую», это назначение выглядело вполне логичным. Правда, не всем. До сих пор неизвестны все подробности ее назначения в 2005-м: Виктор Ющенко всячески противился этому, но все-таки огласил о нем накануне отлета в Москву. За кандидатуру Тимошенко отдали голоса 372 депутата ВР, тем не менее, ее премьерство тогда было драматичным и недолгим – всего восемь месяцев.
На исходе 2007-го Юлия Владимировна сумела добиться вхождения в одну и ту же реку – в премьерский кабинет, во второй раз. Вряд ли следует упоминать, что далось ей это нелегко – вхождение было на грани фола. В этот раз – только при поддержке парламентского большинства, 226 голосов.
Изменилась ли Тимошенко за эти три года, когда ее носило из власти в оппозицию и обратно? Удастся ли ей избежать прошлых ошибок или же они неизбежны в силу особенностей ее натуры и поразительной воли к власти? Чего ожидать от нее в ближайшее время и, скажем, месяца через два-три? Об этом «Главред» беседовал с украинскими политологами в третью годовщину первого прихода к власти Юлии Тимошенко.
Виктор Небоженко, руководитель социологической службы «Украинский барометр»:
В 2005-м Юлия Тимошенко была более независима и более самоуверенна: она считала, что именно она сделала Майдан, управляла массами, ей легко тогда было управлять экономическим и политическим классом Украины. Даже способ, которым она получила тогда пост премьера – неожиданно для всех, перед поездкой Президента в Москву, что окончательно и надолго поссорило Путина и Ющенко, все это воспринималось ею как доказательство своей уникальности.
Но когда все это закончилось, и она взяла курс на досрочные выборы, на жесткую оппозицию, она тоже, в общем, очень многого добилась: в политическом плане даже больше, чем будучи премьер-министром. Она добилась, вместе с Партией регионов, принятия закона «О Кабмине». Она показала, что сможет легко бороться против любой «ширки», что решать вопросы можно быстро - не сбиваясь в кучу, не подписывая Универсалы национального единства или какие-то документы о коалиции.
Она доказала, что все очень быстро можно решить всего одним голосованием – чего очень боится сейчас Ющенко. Он боится, что это намеки Тимошенко на сближение с Партией регионов: что все это может иметь большие последствия, что они могут договориться, и следующий удар будет нанесен уже по нему.
Но Тимошенко все же осталась тактиком – именно это всегда доставляло ей реальный результат. Она по-прежнему считает, что любой ситуацией сумеет воспользоваться – ей же везло до сих пор, понимаете?
Я не думаю, что она стала стратегом в 2008-м году. Проблема в другом: если в 2005-м она была самоуверенна, верила в свою звезду и, в общем-то, управляла своим окружением, то в 2008-м окружение уже управляет ею. Большинство ее решений в важных вещах – по земле, газу, реприватизации, по Конституции и коалиции, по отношению к центрам власти, все это скорее командное мнение, а не ее собственное.
Это же касается и выплаты сбережений Сбербанка, которая была задумана и продумана еще во время избирательной кампании: это действительно очень сильно повлияло на поведение электората, особенно, кстати говоря, Юго-Восточной Украины. И теперь многие финансисты ПР тихо про себя матюкают Азарова, который собрал деньги в бюджете, но вместо того, чтобы заниматься массовой социальной коррупцией, он, как честный человек, надеялся, что пройдут выборы и он найдет этим деньгам лучшее применение. Тимошенко не искала лучшего применения и просто раздала их людям! И это, конечно, очень сильно подняло ее престиж.
Но назвать это стратегическим ходом тоже трудно – это все же не дало ей стратегических преимуществ перед Ющенко: в вопросах отношений бизнеса, приватизации, НАТО и т.д. Соотношение пока – 50/50… Тимошенко умеет управлять эмоциями электората, но не умеет договариваться с Западом, Востоком и элитами. Я думаю, что при нашем уровне демократии это большой минус.
Что касается отставки правительства Тимошенко, то она возможна в любой момент. Но я все-таки думаю, что у Тимошенко все равно больше свободы маневра, чем у ВР и Президента. До лета, скорей всего, она будет играть в то, когда уйти. А уйдет она только, если будет падать ее рейтинг, и начнет расти инфляция. Эти ножницы – между рейтингом и инфляцией - заставят ее немедленно утилизировать свой результат. Если же таких ножниц не будет, ее очень долго нельзя будет всколыхнуть с этого поста.
Михаил Погребинский, руководитель Киевского центра политических исследований и конфликтологии:
Бросается в глаза невероятная терпимость Юлии Владимировны образца 2008 года по отношению к своим партнерам, прежде всего, к Президенту, демонстрирующим, мягко говоря, некорректное поведение к ней. Эта несвойственная премьеру терпимость заметно отличает ее от Тимошенко первого прихода, когда значительно меньшие поводы для ссоры стали причиной для громкого скандала с последующей отставкой.
Тимошенко вообще демонстрирует значительно больше гибкости в отношении выработки своей линии. Тут можно привести в пример и ее брюссельскую поездку, и сдержанность в ответ на выпады Секретариата Президента и лично главы государства.
Кроме того, в новом вхождении на премьерский пост Тимошенко демонстрирует заинтересованность во включении всех возможных экспертов, помощников и т.д. в процесс выработки программы своей деятельности. Она пытается выработать какой-то стратегический курс для своего Кабмина. Не могу сказать, что ей это успешно удается, но она такие попытки делает, чего в прошлый раз не наблюдалось.
К этому можно добавить, что сейчас она целеустремленно ринулась завоевывать симпатии той части населения, которая не может дожить до следующей зарплаты или пенсии. Причем это удается ей значительно больше, чем в первый раз.
У Тимошенко есть шансы проработать до президентских выборов. Но Юлия Владимировна, конечно же, не решает свое политическое будущее сама – обстоятельства могут сложиться так, что ее дальнейшее пребывание на нынешней позиции будет зависеть от решительности и настойчивости ее политических соратников и противников. В любом случае, даже если Тимошенко придется уйти, она все равно останется главным претендентом на власть в стране.
Андрей Ермолаев, директор ЦСИ «София»:
Конечно, Юлия Тимошенко очень изменилась, ведь три года – это большой срок для политической жизни. В 2005 году она пришла на пост премьера на волне революционного энтузиазма, на волне ожиданий того, что это будет первое пострежимное правительство. Тогда все считали, что задача новой власти – прежде всего наладить новые правила жизни, новые правила политики. Поэтому было такое поверхностное отношение к программам, поэтому было так много деклараций. Ведь программа первого правительства Тимошенко, по сути, носила характер митинговой листовки с хорошими слоганами, но совершенно пустым содержанием.
И только первые шишки, посыпавшиеся на голову правительства в связи с его непродуманными экономическими шагами, привели к спонтанному, а иногда – к паническому поведению Кабмина. Бензиновый, мясной кризисы произошли не столько от большого ума, сколько от растерянности и паники в правительстве.
Скатывание от революционного, либерального романтизма к авторитарному администрированию – это логическое следствие неготовности Кабмина Тимошенко к долгосрочному программному сбалансированному подходу. Концовка ее премьерства, мне кажется, была закономерной – коррупционные скандалы, по большому счету, прикрывшие неудачи первого состава правительства.
В 2007 году Тимошенко пришла на пост премьер-министра более зрелым, взвешенным, прагматичным и, я сказал бы, циничным политиком. Очень большое значение она сейчас придает рекламной поддержке, подчеркнуто программообразному поведению. Я совсем не утверждаю, что те программные предложения, с которыми она пришла к власти в этот раз, прогрессивны и перспективны, но этому аспекту внимания уделяется намного больше. Говорится о наличии стратегии, о наличии серьезного подхода, о том, что Кабмин Тимошенко – всерьез и надолго. Попытка прагматизации образа – это отличительная черта Тимошенко -2008.
Кроме того, если в 2005-м Тимошенко пользовалась революционной риторикой, то сейчас ее отношения с большим бизнесом стали более откровенными: в ее команде очень много представителей крупного бизнеса – те же Богдан Губский, Константин Жеваго и многие другие, – которые уже сейчас несомненно пользуются лоббистской поддержкой правительства, получают соответствующие преференции и возможности.
Если в 2005-м приход Тимошенко к власти выглядел как своеобразный реванш, то в 2007-м он связан с амбициями в будущем, это – своеобразный трамплин к обретению сильной, устойчивой власти. Многие мероприятия, реализуемые правительством Тимошенко, в частности, возврат долгов по линии Ощадбанка, уже сейчас оцениваются экспертами, политиками как предвыборная работа.
Несмотря на все интриги оппонентов и конкурентов Тимошенко, я думаю, что деятельность правительства будет завершена в связи с новыми выборами. Она сделает все, чтобы ее Кабмин продержался до следующей легитимной избирательной кампании. Возможно, по выборам в Верховную Раду, а возможно – совмещающая парламентские и президентские выборы.
Олег Медведев, политтехнолог:
В первую очередь, Тимошенко стала значительно мудрее и опытнее. Во-вторых, как бы это сказать мягче, она стала более толстокожей и спокойной. Что меня больше всего поражает – это спокойствие, с которым она воспринимает некоторые такие действия, реакция на которые могла бы быть очень бурной и, по крайней мере, провоцировать на такие же активные действия и выражения в ответ. При этом сдержанность Тимошенко передается и членам ее команды.
Следует заметить, что эти трансформации – это не имиджевые, а внутренние изменения. Мне кажется, что события 2005 года должны были научить всех их участников тому, что разрушить единство команды значительно проще, быстрее и легче, чем создать такую команду и поддерживать ее единство. Поэтому я думаю, что как раз единство команды, уникальность того шанса, который предоставили этой команде избиратели Украины, и является главным, основополагающим императивом деятельности Тимошенко.
Настрой относительно перспектив деятельности нынешнего правительства у меня достаточно оптимистичный. Все только начинается, и слишком рано прогнозировать, каким будет его конец.
Оксана Козак, Святослав Хоменко
«Главред»
